“Саломея”
Постановка, пластическая партитура и музыкальное оформление Романа Виктюка
Сценограф - Владимир Боер
Премьера - 27 апреля 1998 года
Спектакль идет без антракта, продолжительность - 2 часа 30 минут
Идет суд над Уайльдом за преступное сожительство с неким молодым джентельменом. Среди прочих назойливо задаваемых вопросов звучит: “Чем вы занимались при встречах?” Ответ: “Разыгрывали сцены из “Саломеи”. Так в спектакле Виктюка, оставляя на время в стороне обвиняемого Уайльда, переходят к повествованию о надменно-прекрасной и безмерно-жестокой иудейской царевне.
Красивый крепкий молодой мужчина (Саломею исполняет Дмитрий Бозин) кокетливо рассуждает о себе в женском роде. Его (Саломею) окружает тренированная массовка - охранники дворца (они же - свидетели на суде), лихо перебрасывающие друг друга через плечо и умело приземляющиеся, сшибающие на своем пути красные стулья и тут же непринужденно расставляющие их по местам. Во имя чего? - Вероятно, чтобы придать действу динамичность.
Антураж происходящего - пурпурно-красный, багряно-красный, кроваво-красный. Красным лучом прожектора очерчено дно иссохшего водоема, на котором распласталась фигура пророка Иоканаана. Не становится зловеще-красной, противореча тексту пьесы, только луна - один из трех желтых фонарей, который время от времени заставляют раскачиваться на длинном шнуре и чей колеблющийся свет делает призрачно зыбким и шатким все вокруг.
Кульминация пьесы - танец семи покрывал - всего лишь несовершенные пластические па, выделываемые юношей-Саломеей в одной набедренной повязке. Вот за эти извивания и скачки Саломея равнодушно-бесчувственно (вовсе не ощущая сладости мстительного шага за запретную черту) потребует голову Иоканаана.
Отрезанной головы на серебряном блюде нам лицезреть не предложат. О том, что повеление Саломеи исполнено, зрителю доложат свистящим коварным шепотом, усиленном микрофонами.
В финале действие снова вернется к процессу над Уайльдом, завершившемуся, отметим, не в пользу обвиняемого.